А осуществляет жертвоприношение жид Хлопонин. сказал казак Гудвин

А осуществляет жертвоприношение жид Хлопонин. сказал казак Гудвин

Ставрополье отказалось от роли жертвы Северного Кавказа

В последние несколько месяцев Ставропольский край все чаще упоминается в российских федеральных СМИ в негативном контексте. Ключевой для юга России регион, граничащий с большинством республик Северо-Кавказского федерального округа, столкнулся с ростом межэтнической напряженности, но ни местные, ни федеральные власти не хотят этого признавать. Сам же Ставропольский край наотрез отказывается примерять на себя отведенную ему журналистами и чиновниками роль жертвы республик Северного Кавказа и неких потусторонних сил.

Края не видно

Ставропольский край, о проблемах которого «Лента.ру» писала в статье «Южный фронтир» в ноябре 2012 года, за последние три месяца стал одним из самых обсуждаемых регионов России. Край попал под прицел федеральных СМИ из-за громкого скандала с запретом на ношение хиджабов в местных школах, а в декабре, после того как местные власти при поддержке Москвы, казалось бы, разрешили конфликтную ситуацию, внимание на регион обратил государственный медиахолдинг ВГТРК.

В декабре 2012 года в программе

 «Вести Недели» выдали два аналитических сюжета (первый - 9 декабря, второй - 16 декабря) о том, что Ставрополье вот-вот падет под натиском кавказцев, а отток этнических русских из не самого благополучного в социально-экономическом плане региона был представлен как паническое бегство от «силы, которую можно было бы назвать агрессивной формой мутации ислама». Откуда именно попадает в край «агрессивная форма мутации ислама» и какое отношение она имеет к также прокравшемуся в регион «варварству, отягощенному насилием», журналисты «Вестей» умолчали, зато сообщили, что НАТО и некая «британская школа Бенингсена» пытаются вербовать местных специалистов по Кавказу.

Многие в Ставропольском крае, где русские составляют более 80 процентов населения, согласившись с общей постановкой проблемы авторами сюжетов, были насторожены столь явным сгущением красок. Для большинства из тех, кто живет в Ставропольском крае, мысль о переезде немыслима. Центральная Россия является, как ни крути, чужой для них, кавказцев в нескольких поколениях. Близкородственная Ростовская область страдает от тех же, если даже не худших, проблем, хотя по федеральным каналам не говорилось ни о погромах в селе Ремонтное, ни о конфликте мусульман с казаками в поселке Зимовники.

Позднее, на базе одного из вышеупомянутых сюжетов, снятого проживающим в США спецкором «Вестей» Евгением Поповым, был подготовлен фильм под названием «Проект Кавказ», щедро проиллюстрированный сценами намаза и суровыми лицами «пришлых». Его продемонстрировали 5 февраля в программе «Специальный корреспондент» Аркадия Мамонтова. По поводу этой передачи в крае также идут серьезные споры, причем одни зрители считают ее надуманной, а другие — объективной, хотя и с многочисленными оговорками.

20 декабря 2012 года в ходе большой пресс-конференции Владимира Путина к президенту обратилась корреспондент ВГТРК «Ставрополье» Татьяна Федорова (по ошибке названная Анной Казаковой) с вопросом о потоке заказной информации про бегство русских с Северного Кавказа.

«Последние несколько недель на ведущем федеральном телеканале муссируется новость о том, что люди убегают с Кавказа в прямом смысле этого слова, что, вкратце, в регионе засилье кавказцев, которые ведут себя, как хотят, которые ведут себя как дома и в прямом смысле насильно выдавливают русских. Прослеживается такой явно заказной характер этих сюжетов. На ваш взгляд, кто расшатывает ситуацию конкретно в Ставрополье? Потому что тех, кто незнаком с ситуацией, которая действительно происходит на Ставрополье, охватывает паника...» - заявила девушка, не уточнив названия телеканала. Речь, впрочем, очевидно шла о серии сюжетов, подготовленных для программы «Вести недели» (выходит на канале «Россия 1», контролируемом ВГТРК).

В ответ президент заявил: «Успокоить жителей Ставрополья можно не тем, что мы сейчас кого-то будем шельмовать и говорить, что он распространяет гнилые и опасные слухи, хотя это всегда плохо, а успокоить жителей Ставрополья нужно более взвешенной, целенаправленной и эффективной миграционной политикой».

В сухом остатке от подобной «аналитики» остаются зловещие, хотя и смутные образы закулисного врага, дергающего за ниточки невесть откуда взявшихся религиозных экстремистов с целью развалить великую державу. Данную версию с радостью берут на вооружение чиновники и политики всех мастей и уровней, чтобы при каждом удобном случае транслировать ее через подконтрольные СМИ. Но громкие слова и бесконечный поиск врагов не способен скрыть того факта, что за 20 лет российские власти всех уровней так и не смогли сформировать никакой внятной национальной политики. И межэтническая напряженность в Ставрополье, грозящая всему краю большими неприятностями, — прямое следствие этой интеллектуальной и административной импотенции.

Злые улицы

Перечисленные журналистами ВГТРК угрозы для Ставрополья действительно существуют, но, описывая отдельные картины из жизни края, их авторы напрочь забывают рассказать о дефицитном краевом бюджете и растущем долге региона, отсталом сельском хозяйстве, вороватых чиновниках, застраивающих местные достопримечательности, парки и курортные зоны незаконными зданиями-уродцами, ветшающем жилом фонде и безработице, плачевной ситуации в республиках Северного Кавказа и распространении в регионе радикальных версий ислама.

Однако по-настоящему резонансными зарисовки столичных журналистов о жизни на Ставрополье стали из-за того, что по чистой случайности их эфир совпал с двумя происшествиями, спровоцировавшими целый ряд несанкционированных митингов. Первое произошло 6 декабря: в Невинномысске в драке у ночного клуба чеченец Висхан Акаев убил жителя станицы Барсуковской Николая Науменко. 7 февраля, вскоре после эфира в Ставрополе у ночного заведения ингушом был ранен казак Максим Спасибов, до сих пор находящийся в тяжелом состоянии в больнице.

История в Невинномысске получила огласку, когда 15 декабря, на 9-й день после гибели Науменко, у мэрии города собрались родственники погибшего, недовольные тем, что убийца так и не был задержан. Они фактически вынудили выйти к ним для разговора мэра Сергея Батынюка, после чего столичные власти провели целую серию успокоительных бесед с общественностью города, представителями диаспор, в том числе с местными казаками, изначально занявшими нейтральную позицию. Но за дело уже взялись блогеры-националисты, сыгравшие не последнюю роль и в организации самого первого митинга у здания мэрии. 22 декабря организованное ими собрание пресекла полиция.

Страсти не утихли и после новогодних праздников: 26 января полиции пришлось разбираться с очередным сходом, на который юные русские националисты прибыли уже со всего Кавказа, были привлечены дополнительные полицейские силы. Число задержанных достигло 87, в их числе было несколько нереестровых («негосударственных») казаков.

Самая крупная общественная организация края — Терское казачье войско, в которое входят реестровые казаки — старалась как можно дольше не вмешиваться в происходящее. Но после очередной «межнациональной» драки в Ставрополье, пострадавшим в которой оказался член Ставропольского городского казачьего общества Максим Спасибов, практически моментально был собран экстренный казачий сход. Казаки выступили с требованием выселить из краевой столицы как минимум 6 ингушских семей, к которым принадлежали участники стычки. Серьезность ситуации подчеркнул и неожиданный визит в Ставрополь главы Ингушетии Юнус-Бека Евкурова, обрушившегося с критикой на своих соплеменников. Раздражение Евкурова было понятно: всего лишь 13 января он был вынужден публично осудить ингушей, танцевавших в Ставрополе лезгинку с матерщиной и стрельбой.

Власти Ставрополья попытались «остудить» ситуацию — 9 февраля, через два дня после нашумевшей драки, был собран закрытый для прессы совет терских атаманов в присутствии губернатора Валерия Зеренкова, в январе принятого в ряды того же Ставропольского городского казачьего общества, членом которого был и раненный накануне Спасибов. В совещании приняли участие ключевые краевые министры и силовики.

После пятичасовых консультаций было вынесено не до конца внятное решение призвать в полицию 1000 казаков (которые, надо сказать, и без всяких «решений» служат в полиции наравне с другими гражданами РФ), а также создать казачьи дружины по примеру кубанских, вооружив их «травматами». Называется, пока неофициально, и объем финансирования из дефицитного краевого бюджета (30 миллионов рублей в год), и основные направления работы. Это Нефтекумский, Левокумский, Степновский районы, Кисловодск — своеобразные восточный и западный «фронтиры» Ставрополья. В Краснодарском крае, для сравнения, сумма субсидий на организацию «ткачевских» дружин составила 650 миллионов рублей, но что поделаешь: экономики регионов явно не равны.

«У нашей общей работы должен быть один результат — чтобы все, кто приезжает на нашу землю, жили по нашим правилам. Устраивать на Ставрополье поножовщину и пальбу мы никому не позволим», — заявил на своем официальном сайте губернатор Зеренков. Но страсти никак не улягутся. В те часы, когда губернатор заседал с казаками в здании краевой администрации, полиция пресекала в центре города очередной несанкционированный митинг националистов.
Ну а еще через день местные казаки устроили показательную прогулку по Ставрополю, станцевав на главной площади города лезгинку. Демонстрация того, кто в городе хозяин, завершилась без вмешательства полиции. Танцующих казаков разгонять после схода никто не посмел.

Ставропольский блог-пост

В последнее время все значимые новостные поводы в крае, будь то рост тарифов ЖКХ или отставки в местном правительстве, отходят на второй план перед темой межнациональной розни. Стараниями СМИ и блогеров драки с поножовщиной стали для Ставрополья ключевыми событиями последних месяцев, а на форумах и в социальных сетях

 открыто говорят о неприязни к приезжим из кавказских республик. И надо сказать, что межэтнических конфликтов здесь предостаточно, хотя большинство из них имеют на самом деле бытовую почву. Но стычки, которые проходят без участия русских или казаков, часто остаются незамеченными в интернет сообществах.

В условиях плохо и несвоевременно предоставляемой информации местные жители либо довольствуются скудными сообщениями «официальных источников», либо черпают данные из блогосферы и форумов, которые практически полностью подконтрольны местным националистам. В подобных блогах и группах в соцсетях достается всем — от местной власти до президента и РПЦ, и темы эти максимально востребованы молодежью края. Силовики и вовсе объявлены врагами русских интернет-националистов, хотя полиция Ставрополья не более и не менее коррумпирована, чем в среднем по стране. Кажется, ни в одном из регионов России, кроме, возможно, столичного, не популярны до такой степени члены Координационного совета оппозиции — правда, в основном от его националистической фракции.

Активный блогер, 19-летняя националистка Оксана Борисова, принадлежавшая к одной из языческих группировок и взявшая себе псевдоним «Вёльва» из германских мифов, сегодня упоминается на местных онлайн-ресурсах едва ли не чаще, чем губернатор Зеренков. И популярность ее среди местной молодежи не в пример выше, чем у 64-летнего казака-губернатора. Дошло до того, что после недавних событий в Ставрополе деньги в социальных сетях собирают не пострадавшему Максиму Спасибову, а Оксане на адвоката: именно она выступила организатором одного из последних несанкционированных митингов.

Оранжевый край

Местная власть с ее пиар-стратегией в духе поздних 1970-х про дружбу народов и палаточные лагеря молодежи в лесу информационную войну с блогерами с треском проигрывает. В уже упомянутой программе Мамонтова представители края смотрелись максимально бледно. И если атаман реестрового Терского войска Сергей Клименко еще смог сделать в интервью журналистам заявление в духе «не дадим своих в обиду», то краевой вице-премьер Сергей Ушаков и вовсе не смог выдавить из себя ничего внятного.

В ответ на митинги краевое ТВ, к примеру, выпустило серию сюжетов в «мамонтовском» стиле, шельмующих вовсе неизвестного в регионе профессора МГИМО Валерия Соловья. Последний является организатором неофициальной партии «Новая сила», стоявшей, в частности, за недавними митингами в Ставрополе и Невинномысске. В ходе последнего, в частности, звучали требования об отделении Ставропольского края от СКФО и присоединении его к Кубани. Теперь профессор, которому вменили связи с ЦРУ и «оранжистами» (в организации митинга в Невинномысске 26 января приняли участие украинские партии «Братство» и «Свободная Украина»), судится со ставропольскими телевизионщиками. Ну а в ставропольских блогах, как и прежде, обсуждают неспособность власти справиться с «обнаглевшими кавказцами».

Комитет по массовым коммуникациям Ставрополья, начавший после убийства Николая Науменко в Невинномысске 6 декабря активный «мониторинг интернета», вслед за московскими СМИ твердит, что регион стал площадкой, на которой неведомые силы отрабатывают «оранжевые» технологии. Аналогичные сценарии, уверяют местные чиновники, ранее были опробованы Мовлади Удуговым в Чечне, а также организаторами «цветных революций» на Украине и в Грузии.

«Мы с вами здесь, в нашем крае, имеем репетицию одного из самых опасных для страны сценариев — разрушения. И Ставропольский край был выбран не случайно — это болевая точка (страны) в межнациональном плане... [Провокаторы] считают, если качнем ситуацию в самом опасном, межнациональном сегменте, то большая часть населения страны будет поддерживать», — делился своими опасениями на круглом столе 1 января председатель краевого комитета по массовым коммуникациям Игорь Воронин.

Впрочем, даже Воронин был вынужден признать, что с пиаром у ставропольский власти туговато. «Мы воспринимаем молодежную аудиторию как нечто усредненное, мы ее плохо знаем... слабо мешаем вести экстремистскую пропаганду среди молодежи», - делился сомнениями с участниками круглого стола чиновник. В ответ профессор Института дружбы народов Кавказа Геннадий Манаенко указал Воронину, что настоящие проблемы власти в том, что в регионе отсутствует хоть какая-то национальная политика, не работают механизмы «обратной связи» между обществом и властью, а местные СМИ назвал «феодальными», «контролируемыми властями» и «встроенными в вертикаль».

В свою очередь социолог Андрей Михайлов заявил, что именно власти своими необдуманными шагами провоцируют протестную активность. «Заниматься планомерным воспитанием, формированием позиции молодежи — это же долго... Все движения, которые власть предпринимает, они уже после [протестных акций]. И мы сами даем намек молодежи на то: а вы побузите, тогда власть будет реагировать», — считает он.

Рецепты предков

Ставрополье — самый обычный российский регион, граничащий с не совсем обычными: Чечней, Ингушетией и Дагестаном. Там все аномально: безработица, рождаемость, дотации. В этом-то и заключается главная проблема края.

Федеральные власти любят сравнивать уровень субсидирования субъектов СКФО с куда более дотационными регионами Дальнего Востока, но жители ставропольских Георгиевска или Буденновска сравнивают свою жизнь не с жизнью в Уэлене или Тикси. На расстоянии в 100 километров от них находятся города и села Чечни и Ингушетии, где строятся школы, кладется асфальт, проводится капитальный ремонт домов и строятся новые. И пусть в этих республиках бесконтрольный доступ к бюджетам и дутые зарплаты — удел избранных, но именно эти «избранные» приезжают в Ставропольский край, подкупают чиновников и полицию.

Степная зона от Ставрополья до Саратова медленно, но верно исламизируется с тех пор, как еще в СССР здесь возникли населенные чеченцами и дагестанцами многочисленные кашары (овцефермы), ставшие по факту анклавами вне правового поля РФ. Такие фермерские поселения зачастую становятся рассадниками беззакония в восточных зонах Ставрополья, и местные жители не скрывают, что на кашарах имеются и неучтенное оружие, и граждане, удерживаемые в качестве рабов. С кашар и начался конфликт на востоке края, где проживает множество выходцев из республик СКФО, переселившихся еще во времена губернатора Валерия Гаевского.

На городском форуме Ставрополя 1777.ru тема с говорящим названием «Привилегированные кавказцы или продажность власти» за 1,5 года набрала 333 страницы. Притчей во языцех стало поведение на дорогах края машин 95-го региона с буквами КРА на номерах («Кадыров Рамзан Ахмадович», номер для особо приближенных к главе Чечни), а на вышеупомянутом совете атаманов у губернатора возмущались в том числе 100-балльными сертификатами ЕГЭ у ингушских и чеченских студентов, на практике едва владеющих русским. Владелец хорошего авто с двигателем в 220 ЛС заплатит в Ставрополье 8800 рублей транспортного налога, а в Грозном — лишь 1540 рублей. Это самый низкий показатель по стране, но то же самое можно сказать про другие налоги и коммунальные тарифы, по которым у республик, в том числе перед Ставропольем, миллиардные долги.

На Ставрополье многие бы солидаризировались с громким лозунгом «Хватит кормить Кавказ», но только прекращение «кормления» сделает ситуацию в кавказских республиках, переживающих сегодня демографический взрыв, еще более сложной, что чревато дальнейшей радикализацией региона. Никакой надежды на перемены в ближайшем будущем, кажется, нет: на следующий день после того, как в Ставрополе 7 февраля был ранен казак Максим Спасибов, в регион прибыл председатель правительства РФ Дмитрий Медведев, проводивший в Черкесске заседание по развитию СКФО.

На заседании с участием премьера, практически не освещенном федеральными СМИ, речь шла об экономическом развитии региона, но о ситуации в Ставрополье в контексте заседания не было сказано ни слова. Медведев отменил ожидаемый визит на птицефабрику Пятигорска, зато уделил время Рамзану Кадырову, попросившего ради развития сельского хозяйства пару миллиардов рублей на разминирование чеченских полей.

В этих условиях Ставропольский край, предоставленный сам себе, медленно, но верно дрейфует в сторону громких протестных акций и вероятно уже совсем не бытовых межнациональных конфликтов. Перспектива скорой Олимпиады в Сочи, по всей видимости, вынудит Москву максимально «закрутить гайки» в Ставрополье, но регион едва ли удастся удерживать в подобном состоянии долгое время.

В ближайшее время краевые власти, видимо, попытаются сделать максимум возможного, чтобы удержать в повиновении хотя бы казачье движение, ведь диалог с русским национал-языческим, априори оппозиционным сообществом выстроить для чиновников куда труднее. Но даже с казаками им будет непросто: нынешние казачьи лидеры еще до вступления в государственный реестр неплохо и безо всяких чиновников решали проблемы в тогда и вовсе приграничном, соседствовавшем с независимой Ичкерией крае. Можно вспомнить перекрытие трассы «Кавказ» и железной дороги в Минводах, массовые выезды на выручку станичникам в затеречные районы Чечни.

В случае по-настоящему острого и масштабного конфликта демагогия власти и очередные обещания, в том числе и с федерального уровня, вряд ли смогут удержать активную часть краевого населения от подобных акций. В этом случае ситуация будет развиваться по общекавказскому сценарию: оружие в каждом доме, ножи в карманах, советы старейшин или атаманов, сцены в духе «Кавказской пленницы»: «Мы пришли, чтобы судить тебя по закону гор. За то, что ты опозорил наш род, ты умрешь как подлый шакал». Собственно говоря, так и жили на Кавказе веками. Вот только реакции властей, если действительно дойдет до этого, спрашивать уже никто не будет

А осуществляет жертвоприношение жид Хлопонин. сказал казак Гудвин

А осуществляет жертвоприношение жид Хлопонин. сказал казак Гудвин

Ставрополье отказалось от роли жертвы Северного Кавказа

В последние несколько месяцев Ставропольский край все чаще упоминается в российских федеральных СМИ в негативном контексте. Ключевой для юга России регион, граничащий с большинством республик Северо-Кавказского федерального округа, столкнулся с ростом межэтнической напряженности, но ни местные, ни федеральные власти не хотят этого признавать. Сам же Ставропольский край наотрез отказывается примерять на себя отведенную ему журналистами и чиновниками роль жертвы республик Северного Кавказа и неких потусторонних сил.

Края не видно

Ставропольский край, о проблемах которого «Лента.ру» писала в статье «Южный фронтир» в ноябре 2012 года, за последние три месяца стал одним из самых обсуждаемых регионов России. Край попал под прицел федеральных СМИ из-за громкого скандала с запретом на ношение хиджабов в местных школах, а в декабре, после того как местные власти при поддержке Москвы, казалось бы, разрешили конфликтную ситуацию, внимание на регион обратил государственный медиахолдинг ВГТРК.

В декабре 2012 года в программе

 «Вести Недели» выдали два аналитических сюжета (первый - 9 декабря, второй - 16 декабря) о том, что Ставрополье вот-вот падет под натиском кавказцев, а отток этнических русских из не самого благополучного в социально-экономическом плане региона был представлен как паническое бегство от «силы, которую можно было бы назвать агрессивной формой мутации ислама». Откуда именно попадает в край «агрессивная форма мутации ислама» и какое отношение она имеет к также прокравшемуся в регион «варварству, отягощенному насилием», журналисты «Вестей» умолчали, зато сообщили, что НАТО и некая «британская школа Бенингсена» пытаются вербовать местных специалистов по Кавказу.

Многие в Ставропольском крае, где русские составляют более 80 процентов населения, согласившись с общей постановкой проблемы авторами сюжетов, были насторожены столь явным сгущением красок. Для большинства из тех, кто живет в Ставропольском крае, мысль о переезде немыслима. Центральная Россия является, как ни крути, чужой для них, кавказцев в нескольких поколениях. Близкородственная Ростовская область страдает от тех же, если даже не худших, проблем, хотя по федеральным каналам не говорилось ни о погромах в селе Ремонтное, ни о конфликте мусульман с казаками в поселке Зимовники.

Позднее, на базе одного из вышеупомянутых сюжетов, снятого проживающим в США спецкором «Вестей» Евгением Поповым, был подготовлен фильм под названием «Проект Кавказ», щедро проиллюстрированный сценами намаза и суровыми лицами «пришлых». Его продемонстрировали 5 февраля в программе «Специальный корреспондент» Аркадия Мамонтова. По поводу этой передачи в крае также идут серьезные споры, причем одни зрители считают ее надуманной, а другие — объективной, хотя и с многочисленными оговорками.

20 декабря 2012 года в ходе большой пресс-конференции Владимира Путина к президенту обратилась корреспондент ВГТРК «Ставрополье» Татьяна Федорова (по ошибке названная Анной Казаковой) с вопросом о потоке заказной информации про бегство русских с Северного Кавказа.

«Последние несколько недель на ведущем федеральном телеканале муссируется новость о том, что люди убегают с Кавказа в прямом смысле этого слова, что, вкратце, в регионе засилье кавказцев, которые ведут себя, как хотят, которые ведут себя как дома и в прямом смысле насильно выдавливают русских. Прослеживается такой явно заказной характер этих сюжетов. На ваш взгляд, кто расшатывает ситуацию конкретно в Ставрополье? Потому что тех, кто незнаком с ситуацией, которая действительно происходит на Ставрополье, охватывает паника...» - заявила девушка, не уточнив названия телеканала. Речь, впрочем, очевидно шла о серии сюжетов, подготовленных для программы «Вести недели» (выходит на канале «Россия 1», контролируемом ВГТРК).

В ответ президент заявил: «Успокоить жителей Ставрополья можно не тем, что мы сейчас кого-то будем шельмовать и говорить, что он распространяет гнилые и опасные слухи, хотя это всегда плохо, а успокоить жителей Ставрополья нужно более взвешенной, целенаправленной и эффективной миграционной политикой».

В сухом остатке от подобной «аналитики» остаются зловещие, хотя и смутные образы закулисного врага, дергающего за ниточки невесть откуда взявшихся религиозных экстремистов с целью развалить великую державу. Данную версию с радостью берут на вооружение чиновники и политики всех мастей и уровней, чтобы при каждом удобном случае транслировать ее через подконтрольные СМИ. Но громкие слова и бесконечный поиск врагов не способен скрыть того факта, что за 20 лет российские власти всех уровней так и не смогли сформировать никакой внятной национальной политики. И межэтническая напряженность в Ставрополье, грозящая всему краю большими неприятностями, — прямое следствие этой интеллектуальной и административной импотенции.

Злые улицы

Перечисленные журналистами ВГТРК угрозы для Ставрополья действительно существуют, но, описывая отдельные картины из жизни края, их авторы напрочь забывают рассказать о дефицитном краевом бюджете и растущем долге региона, отсталом сельском хозяйстве, вороватых чиновниках, застраивающих местные достопримечательности, парки и курортные зоны незаконными зданиями-уродцами, ветшающем жилом фонде и безработице, плачевной ситуации в республиках Северного Кавказа и распространении в регионе радикальных версий ислама.

Однако по-настоящему резонансными зарисовки столичных журналистов о жизни на Ставрополье стали из-за того, что по чистой случайности их эфир совпал с двумя происшествиями, спровоцировавшими целый ряд несанкционированных митингов. Первое произошло 6 декабря: в Невинномысске в драке у ночного клуба чеченец Висхан Акаев убил жителя станицы Барсуковской Николая Науменко. 7 февраля, вскоре после эфира в Ставрополе у ночного заведения ингушом был ранен казак Максим Спасибов, до сих пор находящийся в тяжелом состоянии в больнице.

История в Невинномысске получила огласку, когда 15 декабря, на 9-й день после гибели Науменко, у мэрии города собрались родственники погибшего, недовольные тем, что убийца так и не был задержан. Они фактически вынудили выйти к ним для разговора мэра Сергея Батынюка, после чего столичные власти провели целую серию успокоительных бесед с общественностью города, представителями диаспор, в том числе с местными казаками, изначально занявшими нейтральную позицию. Но за дело уже взялись блогеры-националисты, сыгравшие не последнюю роль и в организации самого первого митинга у здания мэрии. 22 декабря организованное ими собрание пресекла полиция.

Страсти не утихли и после новогодних праздников: 26 января полиции пришлось разбираться с очередным сходом, на который юные русские националисты прибыли уже со всего Кавказа, были привлечены дополнительные полицейские силы. Число задержанных достигло 87, в их числе было несколько нереестровых («негосударственных») казаков.

Самая крупная общественная организация края — Терское казачье войско, в которое входят реестровые казаки — старалась как можно дольше не вмешиваться в происходящее. Но после очередной «межнациональной» драки в Ставрополье, пострадавшим в которой оказался член Ставропольского городского казачьего общества Максим Спасибов, практически моментально был собран экстренный казачий сход. Казаки выступили с требованием выселить из краевой столицы как минимум 6 ингушских семей, к которым принадлежали участники стычки. Серьезность ситуации подчеркнул и неожиданный визит в Ставрополь главы Ингушетии Юнус-Бека Евкурова, обрушившегося с критикой на своих соплеменников. Раздражение Евкурова было понятно: всего лишь 13 января он был вынужден публично осудить ингушей, танцевавших в Ставрополе лезгинку с матерщиной и стрельбой.

Власти Ставрополья попытались «остудить» ситуацию — 9 февраля, через два дня после нашумевшей драки, был собран закрытый для прессы совет терских атаманов в присутствии губернатора Валерия Зеренкова, в январе принятого в ряды того же Ставропольского городского казачьего общества, членом которого был и раненный накануне Спасибов. В совещании приняли участие ключевые краевые министры и силовики.

После пятичасовых консультаций было вынесено не до конца внятное решение призвать в полицию 1000 казаков (которые, надо сказать, и без всяких «решений» служат в полиции наравне с другими гражданами РФ), а также создать казачьи дружины по примеру кубанских, вооружив их «травматами». Называется, пока неофициально, и объем финансирования из дефицитного краевого бюджета (30 миллионов рублей в год), и основные направления работы. Это Нефтекумский, Левокумский, Степновский районы, Кисловодск — своеобразные восточный и западный «фронтиры» Ставрополья. В Краснодарском крае, для сравнения, сумма субсидий на организацию «ткачевских» дружин составила 650 миллионов рублей, но что поделаешь: экономики регионов явно не равны.

«У нашей общей работы должен быть один результат — чтобы все, кто приезжает на нашу землю, жили по нашим правилам. Устраивать на Ставрополье поножовщину и пальбу мы никому не позволим», — заявил на своем официальном сайте губернатор Зеренков. Но страсти никак не улягутся. В те часы, когда губернатор заседал с казаками в здании краевой администрации, полиция пресекала в центре города очередной несанкционированный митинг националистов.
Ну а еще через день местные казаки устроили показательную прогулку по Ставрополю, станцевав на главной площади города лезгинку. Демонстрация того, кто в городе хозяин, завершилась без вмешательства полиции. Танцующих казаков разгонять после схода никто не посмел.

Ставропольский блог-пост

В последнее время все значимые новостные поводы в крае, будь то рост тарифов ЖКХ или отставки в местном правительстве, отходят на второй план перед темой межнациональной розни. Стараниями СМИ и блогеров драки с поножовщиной стали для Ставрополья ключевыми событиями последних месяцев, а на форумах и в социальных сетях

 открыто говорят о неприязни к приезжим из кавказских республик. И надо сказать, что межэтнических конфликтов здесь предостаточно, хотя большинство из них имеют на самом деле бытовую почву. Но стычки, которые проходят без участия русских или казаков, часто остаются незамеченными в интернет сообществах.

В условиях плохо и несвоевременно предоставляемой информации местные жители либо довольствуются скудными сообщениями «официальных источников», либо черпают данные из блогосферы и форумов, которые практически полностью подконтрольны местным националистам. В подобных блогах и группах в соцсетях достается всем — от местной власти до президента и РПЦ, и темы эти максимально востребованы молодежью края. Силовики и вовсе объявлены врагами русских интернет-националистов, хотя полиция Ставрополья не более и не менее коррумпирована, чем в среднем по стране. Кажется, ни в одном из регионов России, кроме, возможно, столичного, не популярны до такой степени члены Координационного совета оппозиции — правда, в основном от его националистической фракции.

Активный блогер, 19-летняя националистка Оксана Борисова, принадлежавшая к одной из языческих группировок и взявшая себе псевдоним «Вёльва» из германских мифов, сегодня упоминается на местных онлайн-ресурсах едва ли не чаще, чем губернатор Зеренков. И популярность ее среди местной молодежи не в пример выше, чем у 64-летнего казака-губернатора. Дошло до того, что после недавних событий в Ставрополе деньги в социальных сетях собирают не пострадавшему Максиму Спасибову, а Оксане на адвоката: именно она выступила организатором одного из последних несанкционированных митингов.

Оранжевый край

Местная власть с ее пиар-стратегией в духе поздних 1970-х про дружбу народов и палаточные лагеря молодежи в лесу информационную войну с блогерами с треском проигрывает. В уже упомянутой программе Мамонтова представители края смотрелись максимально бледно. И если атаман реестрового Терского войска Сергей Клименко еще смог сделать в интервью журналистам заявление в духе «не дадим своих в обиду», то краевой вице-премьер Сергей Ушаков и вовсе не смог выдавить из себя ничего внятного.

В ответ на митинги краевое ТВ, к примеру, выпустило серию сюжетов в «мамонтовском» стиле, шельмующих вовсе неизвестного в регионе профессора МГИМО Валерия Соловья. Последний является организатором неофициальной партии «Новая сила», стоявшей, в частности, за недавними митингами в Ставрополе и Невинномысске. В ходе последнего, в частности, звучали требования об отделении Ставропольского края от СКФО и присоединении его к Кубани. Теперь профессор, которому вменили связи с ЦРУ и «оранжистами» (в организации митинга в Невинномысске 26 января приняли участие украинские партии «Братство» и «Свободная Украина»), судится со ставропольскими телевизионщиками. Ну а в ставропольских блогах, как и прежде, обсуждают неспособность власти справиться с «обнаглевшими кавказцами».

Комитет по массовым коммуникациям Ставрополья, начавший после убийства Николая Науменко в Невинномысске 6 декабря активный «мониторинг интернета», вслед за московскими СМИ твердит, что регион стал площадкой, на которой неведомые силы отрабатывают «оранжевые» технологии. Аналогичные сценарии, уверяют местные чиновники, ранее были опробованы Мовлади Удуговым в Чечне, а также организаторами «цветных революций» на Украине и в Грузии.

«Мы с вами здесь, в нашем крае, имеем репетицию одного из самых опасных для страны сценариев — разрушения. И Ставропольский край был выбран не случайно — это болевая точка (страны) в межнациональном плане... [Провокаторы] считают, если качнем ситуацию в самом опасном, межнациональном сегменте, то большая часть населения страны будет поддерживать», — делился своими опасениями на круглом столе 1 января председатель краевого комитета по массовым коммуникациям Игорь Воронин.

Впрочем, даже Воронин был вынужден признать, что с пиаром у ставропольский власти туговато. «Мы воспринимаем молодежную аудиторию как нечто усредненное, мы ее плохо знаем... слабо мешаем вести экстремистскую пропаганду среди молодежи», - делился сомнениями с участниками круглого стола чиновник. В ответ профессор Института дружбы народов Кавказа Геннадий Манаенко указал Воронину, что настоящие проблемы власти в том, что в регионе отсутствует хоть какая-то национальная политика, не работают механизмы «обратной связи» между обществом и властью, а местные СМИ назвал «феодальными», «контролируемыми властями» и «встроенными в вертикаль».

В свою очередь социолог Андрей Михайлов заявил, что именно власти своими необдуманными шагами провоцируют протестную активность. «Заниматься планомерным воспитанием, формированием позиции молодежи — это же долго... Все движения, которые власть предпринимает, они уже после [протестных акций]. И мы сами даем намек молодежи на то: а вы побузите, тогда власть будет реагировать», — считает он.

Рецепты предков

Ставрополье — самый обычный российский регион, граничащий с не совсем обычными: Чечней, Ингушетией и Дагестаном. Там все аномально: безработица, рождаемость, дотации. В этом-то и заключается главная проблема края.

Федеральные власти любят сравнивать уровень субсидирования субъектов СКФО с куда более дотационными регионами Дальнего Востока, но жители ставропольских Георгиевска или Буденновска сравнивают свою жизнь не с жизнью в Уэлене или Тикси. На расстоянии в 100 километров от них находятся города и села Чечни и Ингушетии, где строятся школы, кладется асфальт, проводится капитальный ремонт домов и строятся новые. И пусть в этих республиках бесконтрольный доступ к бюджетам и дутые зарплаты — удел избранных, но именно эти «избранные» приезжают в Ставропольский край, подкупают чиновников и полицию.

Степная зона от Ставрополья до Саратова медленно, но верно исламизируется с тех пор, как еще в СССР здесь возникли населенные чеченцами и дагестанцами многочисленные кашары (овцефермы), ставшие по факту анклавами вне правового поля РФ. Такие фермерские поселения зачастую становятся рассадниками беззакония в восточных зонах Ставрополья, и местные жители не скрывают, что на кашарах имеются и неучтенное оружие, и граждане, удерживаемые в качестве рабов. С кашар и начался конфликт на востоке края, где проживает множество выходцев из республик СКФО, переселившихся еще во времена губернатора Валерия Гаевского.

На городском форуме Ставрополя 1777.ru тема с говорящим названием «Привилегированные кавказцы или продажность власти» за 1,5 года набрала 333 страницы. Притчей во языцех стало поведение на дорогах края машин 95-го региона с буквами КРА на номерах («Кадыров Рамзан Ахмадович», номер для особо приближенных к главе Чечни), а на вышеупомянутом совете атаманов у губернатора возмущались в том числе 100-балльными сертификатами ЕГЭ у ингушских и чеченских студентов, на практике едва владеющих русским. Владелец хорошего авто с двигателем в 220 ЛС заплатит в Ставрополье 8800 рублей транспортного налога, а в Грозном — лишь 1540 рублей. Это самый низкий показатель по стране, но то же самое можно сказать про другие налоги и коммунальные тарифы, по которым у республик, в том числе перед Ставропольем, миллиардные долги.

На Ставрополье многие бы солидаризировались с громким лозунгом «Хватит кормить Кавказ», но только прекращение «кормления» сделает ситуацию в кавказских республиках, переживающих сегодня демографический взрыв, еще более сложной, что чревато дальнейшей радикализацией региона. Никакой надежды на перемены в ближайшем будущем, кажется, нет: на следующий день после того, как в Ставрополе 7 февраля был ранен казак Максим Спасибов, в регион прибыл председатель правительства РФ Дмитрий Медведев, проводивший в Черкесске заседание по развитию СКФО.

На заседании с участием премьера, практически не освещенном федеральными СМИ, речь шла об экономическом развитии региона, но о ситуации в Ставрополье в контексте заседания не было сказано ни слова. Медведев отменил ожидаемый визит на птицефабрику Пятигорска, зато уделил время Рамзану Кадырову, попросившего ради развития сельского хозяйства пару миллиардов рублей на разминирование чеченских полей.

В этих условиях Ставропольский край, предоставленный сам себе, медленно, но верно дрейфует в сторону громких протестных акций и вероятно уже совсем не бытовых межнациональных конфликтов. Перспектива скорой Олимпиады в Сочи, по всей видимости, вынудит Москву максимально «закрутить гайки» в Ставрополье, но регион едва ли удастся удерживать в подобном состоянии долгое время.

В ближайшее время краевые власти, видимо, попытаются сделать максимум возможного, чтобы удержать в повиновении хотя бы казачье движение, ведь диалог с русским национал-языческим, априори оппозиционным сообществом выстроить для чиновников куда труднее. Но даже с казаками им будет непросто: нынешние казачьи лидеры еще до вступления в государственный реестр неплохо и безо всяких чиновников решали проблемы в тогда и вовсе приграничном, соседствовавшем с независимой Ичкерией крае. Можно вспомнить перекрытие трассы «Кавказ» и железной дороги в Минводах, массовые выезды на выручку станичникам в затеречные районы Чечни.

В случае по-настоящему острого и масштабного конфликта демагогия власти и очередные обещания, в том числе и с федерального уровня, вряд ли смогут удержать активную часть краевого населения от подобных акций. В этом случае ситуация будет развиваться по общекавказскому сценарию: оружие в каждом доме, ножи в карманах, советы старейшин или атаманов, сцены в духе «Кавказской пленницы»: «Мы пришли, чтобы судить тебя по закону гор. За то, что ты опозорил наш род, ты умрешь как подлый шакал». Собственно говоря, так и жили на Кавказе веками. Вот только реакции властей, если действительно дойдет до этого, спрашивать уже никто не будет

Гайдар пидар, впрочем как и его дедушка... сказал казак Гудвин.

Сталин и сейчас живее всех живых!

Страну и систему, в которой мы до сих пор живем, сделал Сталин. 

В эфире телеканала «Комсомольская правда» доктор экономических наук МихаилДелягин объясняет нашему обозревателю Евгению Черныху, как Сталин создавал великую систему управления страной, которая его же потом и сожрала. 

Делягин:

- Вся инфраструктура, вся социальная система, основа промышленности – мы живем в том, что или было сделано при Сталине, или в том, что было спланировано при Сталине. Даже Байкало-Амурская магистраль, апофеоз брежневской эпохи, ее начали строить как раз перед войной. Потом разобрали, потому что было не до этого. Та система, в которой мы живем, ее сделал Сталин. Дело вкуса и политических пристрастий. Но после Сталина те люди, которые проходили и даже некоторые длительное время были во власти, они ничего принципиально существенного не сделали. Даже демократия, я понимаю, что для многих это ругательство, ведь конституция 1936 года была действительно самой демократичной конституцией того времени. И одно из объяснений террора 1937 года – чудовищного, многоуровневого – заключалось именно в том, что это было восстание тогдашней партхозноменклатуры против идеи альтернативных выборов, которые товарищ Сталин не просто где-то в дневниковых записях чего-то записывал, а он это провозгласил и пытался это дело внедрить. Другое дело, что на носу была вторая мировая война, в мире пахло порохом, внутри произошел взрыв, в том числе и в виде протеста этой партхозноменклатуры, которая испугалась тупо за свое место и стала зачищать всех конкурентов, хуже, чем «Единая Россия». Но эта идея была.

Когда мы оглядываемся вокруг, то мы видим, что есть проекты воровства, есть проекты уничтожения, есть проекты коррупции. А те проекты созидания, которые есть, они в основном это или то, что было прервано, а начато при Сталине, либо то, что тогда задумывалось, но потом отложили. Можно как угодно, в меру своей необразованности, относиться к этой фигуре, в меру личных трагедий относиться к этой фигуре, но как-то он в какой-то беседе очень доверительной сказал, что я не Сталин. Сталин – это Советский Союз. И в определенной степени это так и было. Произошло растворение личности в государстве.

Я приношу извинение всем, кого покоробит это сравнение. Но две тысячи лет назад один молодой сын плотника был распят. До сих пор огромная часть человечества переживает это событие как свою не то что современность, а повседневность. Ну да, здесь фигура масштабом на несколько порядков ниже, согласен. Но давайте сравним с тем, что было после него. Великолепный гениальный интриган и интуитивист Хрущев. Человек без стратегического проекта, который бодался с партхозноменклатурой, был ею съеден. Судя по всему, он так и не понял, что он борется с классом, который вышел из-под контроля из-за смерти Сталина и в ходе этой смерти. Брежнев, который просто отпустил вожжи и сказал: пилите, Шура, пилите, они внутри золотые! И вошел в историю как человек, при котором было сладко жрать и все остальное, но при котором страна вошла в стадию неконтролируемого распада. Андропов – это эпизод. Черненко – это эпизод. Михаил Сергеевич Горбачев – это катастрофа. Доказательство того, что хороший человек не есть профессия, а есть как бы и похуже. Борис Николаевич Ельцин – это клиника, это распад в клинической форме. Товарищ Путин, который попытался что-то собрать, после чего все задумались, а вообще это того стоит? С другой стороны – зачем?

Когда мне было 22 года, была демократия, как раз первые разоблачения пошли, я написал такую гневную филиппику в адрес Сталина. Попала эта филиппика к очень-очень пожилому дедушке, которого советская система жевала, но не прожевала. Он еще попал в ГУЛАГ заключенным, вышел оттуда офицером ГПУ, который внедрял хозрасчет. И он сказал: знаете, молодой человек, все это понятно, что вы говорите. Но все это ерунда. И начал просто по пунктам разбивать все мои обвинения, нахватанные из публицистики Солженицына. И я в полной невесомости, в полной утрате всех жизненных ориентиров и координат, у моей семьи тоже есть история, я знаю, что Сталин плохой. Но он-то мне показывает, что или это был не он, или он был хороший и по-другому было нельзя. Я в полной прострации говорю уже совсем детсадовскими словами: подождите, так вы хотите сказать, что Сталин был хороший? Он на меня посмотрел глазами такого мудрого человека, который смотрит на шестимесячного щенка, который свой хвост ловит еще. Говорит: нет, молодой человек, Сталин был плохой, но совершенно не потому, о чем вы говорите. Это ерунда. Дальше была чеканная формула: Сталин был плохой, потому что созданная им система породила Горбачева.

Он создал систему высокоэффективную. Некоторые управленческие решения этой системы не решены до сих пор. Спецкомитет Берия, это упрощенное название, их на самом деле было четыре, но их всех курировал Берия. И они создали межконтинентальную ракету, атомное, а потом водородное оружие. Они создали противоракетную оборону и необходимую для этого электронную базу. Административное руководство творческими людьми – это проблема, которая не решена до сих пор. Ни в каких условиях. Каждый год выходят килотонны литературы, которые просто лишний раз подтверждают, что никто не знает, как управлять этими людьми. Эта задача была решена на ходу, на коленке. Но эта система оказалась нежизнеспособной. Потому что Сталин опирался на класс партхозноменклатуры, он его создал. Этот класс устроил первое восстание против него в 1937 году. Он понял, что он не может держать этот класс один, заменив собой государство. Он попытался создать механизм ротации, механизм хотя бы ограниченных выборов снизу, у него не получилось. И дальше эта система его съела. Но огромное количество социальных технологий, которые тогда были отработаны, они просто ждут своего часа. Они должны быть реализованы.

При этом феноменальные вещи. В 1938 году – пик террора, экономика в ауте. Только что посажены люди, которые переписали население и обнаружили, что население на 18 млн. человек меньше, чем должно было быть. Это коллективизация, террор и общее перенапряжение сил. Только-только начинается переход от ежовщины к бериевщине. Происходит либерализация. В этих условиях малый бизнес Советского Союза, который тогда назывался промкооперацией…

Черных:

- Артели.

Делягин:

- Давал 6 % промышленного производства страны. Это как бы не больше, чем сейчас. Льготы он имел отчетливо более высокие, чем сегодняшние льготы. Даже были конструкторские бюро, научно-исследовательские институты, первые телевизионные приемники, первые радиолы выпускались малым бизнесом. Это не только замки, которые во многих семьях еще остались, с печатью «артель такая-то». Это самое высокотехнологичное, что на тот момент было. Это производилось малым бизнесом.

Другая история. Стимулирование труда. Хозрасчет был введен в лагерях в начале 30-х годов. Первое решение о внедрении хозрасчета во всю экономику – февраль 1941 года. Пленум ЦК ВКП(б). Очень хорошо показал себя в лесной промышленности, понятно, где это. Значит должно быть применено по всей стране. По всей стране применить не удалось, потому что война – не до хозрасчета. Но с конца 30-х годов, еще до этого пленума, он применялся в высокотехнологичных отраслях. Система стимулирования, повышения эффективности труда, снижения себестоимости – это было первое, что было разрушено Хрущевым.

Вы, условно, должны произвести молоток. Есть технические параметры этого молотка. А дальше начинается. За каждое улучшение значимого параметра ваш трудовой коллектив получает премию. Снижение себестоимости, снижение веса, повышение удобства – и все это с немецкой пунктуальностью расписано в деталях. Допустим, вы улучшили изделие, вы получаете премию. Эта премия делится на две части. Одна половина делится на всех поровну. Не важно, кто – директор, завхоз, уборщица. Вторая часть выделяется целенаправленно двум людям – руководителю, который организовал процесс улучшения. Это не обязательно главный начальник, это может быть бригадир, прораб. Его находят, ему дают. И второй – тот, кто придумал, как это улучшить.

В результате в чем была проблема советской уравниловки? В том, что когда кто-то придумывал, как сделать лучше, тут же задирали план, и нагрузка на всех увеличивалась. А здесь ничего подобного. Если кто-то придумал, как сделать лучше, всем выдали вполне ощутимые деньги. А он мог получить неимоверное количество денег. Значит весь трудовой коллектив не просто холит, лелеет и на руках носит этого умника, он сам ищет в своих рядах, кто может что-нибудь придумать интересное. Потом это пришло к самой передовой технологии стимулирования именно высокотехнологичного труда, которую у нас забрали японцы. Япония стала великой страной в том числе за счет этой технологии стимулирования труда. Может быть, через японских военнопленных перенесли. Это тоже Сталин.

Когда мы смотрим, у Сталина была идея, что Советский Союз должен выжить. Мир завоевать или полмира завоевать – это уже как получится. Но он должен выжить в абсолютно враждебном окружении. Он должен быть умнее всех, круче всех и сильнее всех. И на пути к этому было сделано неимоверно много.

Черных:

- Да, какой ценой?

Делягин:

- Ценой неимоверной. Падение рождаемости – самая простая вещь. Но у нас были периоды, когда была запрещена смертная казнь. При этом методы были варварские. Когда мы говорим о Сталине, давайте не будем забывать, что это исчадие гражданской войны. Что это жестокость, которая непредставима даже тем, кто помнит историю Великой Отечественной войны. Это жестокость, это беспощадность. А потом была жесточайшая война за власть. Когда были плеяды ленинских интернационалистов, которые считали, что Россия – это хворост в костре мировой революции. И, если хворост сгорит, а революции не получится, но и черт с ним, туда ему и дорога, этому хворосту. И война между ними, при всей интриганской изощренности и гибкости альянсов, была абсолютно жестокая, на уничтожение. Люди, которые прошли гражданскую войну в любой стране мира, они другого не понимают. Это война с другой страной – можно взять людей в плен, держать их в лагере, а потом выпустить и отправить обратно. А гражданская война означает уничтожение. Только так.

И на фоне остальных деятелей, которые просто не получили возможность реализовать свои представления о прекрасном, Сталин зверем совсем не выглядел. На самом деле история Советского Союза не написана. Мы знаем какие-то куски, обрывки. Сталин смог начать формирование советского народа, создать мощный социальный оптимизм. Какой ценой? Да! Но когда мы говорим о войне, то мы должны понимать, что это не только гитлеровское нашествие – вот звери фашисты. У Сталина был проект. Если вы хотели вписываться в этот проект, в эту стратегию, у вас был хороший шанс. Сталин пытался построить цивилизованное общество, пытался построить гуманное общество. Представления о гуманизме были очень специфические. И знаменитая фраза, за которой последовал чудовищный террор, о том, что с укреплением социализма классовая борьба только нарастает, она очень интересно сконструирована. Эта фраза сказана так, что на поверхности да, вот все эти представители бывших угнетенных классов затаили злобу, и теперь их нужно добивать окончательно. А смысл у фразы другой. Что сложилась опять новая бюрократия, которую нужно уничтожать, перемалывать и ставить на службу обществу.

Ориентир войны был направлен в другую сторону. Чем отличается террор 1937 года от коллективизации? Тем, что шли под нож огромное количество, не все, и обычные люди попадали в жернова в безумных количествах, я верю всем рассказам, что на Лубянке до сих пор лежат не разобранные доносы того времени. Потому что просто поняли, что нельзя все это использовать. Но огромная часть невинных жертв – это были те же самые энкавэдэшники, гэпэушники, секретари райкомов и обкомов, которые требовали повышения лимита на расстрелы. Больше всех, максимальными требованиями на количество людей, которые должны быть расстреляны и посажены в лагеря, прославился Никита Сергеевич Хрущев. Его аппетиты в разы превышали аппетиты всех остальных. Это на его докладной бумажке Сталин написал резолюцию «Уймись, дурак!». Именно по этому поводу.

Уже во время войны помощник Рузвельта спросил Сталина о коллективизации. Сталин посмотрел и сказал: это длилось четыре года и это было ужасно. Это цитата. Это сказал человек, который свои слова отмерял крайне скупо. Я не хочу сказать, что Сталин был хороший. Совершенно нет, упаси боже. Но это был человек, который в той ситуации избежал уничтожения российской цивилизации. Неимоверной ценой, большой кровью, чудовищными ошибками. Потому что, когда один человек подменяет собой государство, будь вы любой гений, вы не можете собой это подменить. Но он, по крайней мере, пытался один раз демократизировать систему, как это ни смешно звучит. И его ненавидят люто не за то, что он пролил реки крови. Люди, которые его ненавидят, страшно любят Петра Первого, при котором население нашей страны сократилось на треть. Люди, которые его ненавидят, вполне терпимо относятся к Ивану Грозному. Они ненавидят его не за то, в чем он был плох, не за насилие, не за террор, не за разрушения. Я имею в виду либералов. Либералы ненавидят его за то, что он Советский Союз противопоставил Западу. И позволил Советскому Союзу выжить.

Квинтэссенция претензий к Сталину – это то, что говорилось в очередях за пивом в конце 80-х годов ветеранам: если бы не ты, дед, мы бы сейчас баварское пили. Мы сейчас пьем баварское. Шампанское пьет народ устами лучших своих представителей. Только что-то этих представителей как-то очень мало – менее 3 % от общего состава населения. А все остальные живут в большой неопределенности и в большом страхе. Вина Сталина перед нашими либералами сродни вине Достоевского. Чубайс, сдержанный человек, корректный, с очень холодной головой. Единственный раз, когда он впал в неистовство, как следует из его высказываний, не касаясь политической борьбы, это когда его спросили про Достоевского. Он сказал: я готов рвать его на части, таких людей, как он. Это враги. Почему? Не только потому, что Достоевский задолго до появления Чубайсов, Гайдаров и прочих Подрабинеков, раскрыл сущность либерализма, его ненависть к России.

Черных:

- Бесы.

Делягин:

- Да. Не только. Просто Достоевский – это человек, который защищал российскую цивилизацию. Тогда она называлась русской. Она называлась империей. И бывший каторжник находился в очень доверительной переписке с Победоносцевым – жутким реакционером, и они вполне друг друга понимали. И самый недооцененный из наших царей, наверное, после Алексея Михайловича Тишайшего, это Александр Третий. После смерти Александра Второго, которого убили в результате либеральных реформ, Александр Третий просто навел порядок. И его правление было очень разумным и очень рациональным.

Достоевский – это человек из серии Александра Третьего. И Сталин – продолжатель той же самой линии. Если Николай Второй – это предшественник Горбачева, с теми же самыми последствиями, с теми же благими порывами, которые заканчивались катастрофами. С тем же гуманизмом, который кончался кровью. И так далее. С тем же стремлением снять с себя ответственность, которое кончалось трагедиями. То Сталин под хомут исторической необходимости свой загривок подставлял и тащил. Как он вылез во время гражданской войны. За счет продуманности, организованности и ответственности. У него не было никаких особых гениальных талантов. Он не умел говорить, что во времена митингов, когда Троцкий останавливал бегущую часть, начинал говорить, и люди шли в атаку с «Интернационалом» и погибали. Без расстрела, за счет ораторского дара. Крошечный невзрачный человечек с кривой бородкой и в пенсне. Сталин так не умел. Но он был организатором, он был ответственным. И за счет этого, именно за счет гиперответственности он выполз наверх. Именно за счет этого он завоевал власть.

Есть такой человек – Андрей Караулов. Не самый симпатичный человек. Но он очень умный. Он сказал потрясающую фразу, что жестокость Сталина была следствием его гиперответственности. Он понимал, что между ним и небытием, что между сегодняшним днем и небытием, исчезновением, причем для всего народа, стоит только он один, и ничего больше. Один человек. И он действительно принимал ответственность за существование целого народа. И в этом отношении он был абсолютно последовательным. Чеченские войны. Кто из наших руководителей отправлял туда своих детей? Знаю два примера – Пуликовский, у которого погиб сын, и Станислав Говорухин, у которого был искалечен сын на первой чеченской войне. Наверное, кого-то я упускаю из виду. Но при Сталине все руководители своих детей посылали на фронт. Почти все.

Я первый раз попал в 1996-м в гостевой домик Михаила Сергеевича Горбачева. Меня поразило, что в трехэтажном доме был лифт. Меня это потрясло. Я был тогда наивным человеком, я был шокирован этой расточительностью. А сейчас, насмотревшись других домиков, и отнюдь не государственных, не официальных, я готов согласиться с тем, что Михаил Сергеевич Горбачев был относительно скромный человек. Но мысль о том, что все для фронта, все для победы, все для работы, все для прогресса вашего народа, это мысль, которая Сталину была свойственна, которая составляла его суть. Под прогрессом он мог понимать поразительно извращенные вещи. Это другое. Но при этом он преследовал задачу общественного блага. Если вы сейчас нашим руководителям скажете про общественное благо, вам ответят, как мне однажды ответили: извините, но ваша демократия и ваше общественное благо – это враждебная пропаганда Голливуда.

Черных:

- Что происходит в Минобороны, что в ЖКХ происходит?

Делягин:

- А что происходит в местных органах власти? В доме, в котором я живу, пару лет назад за один год три раза покрасили коридор. Это в миниатюре то, что происходит в Сочи, на АТЭС-2012 происходило. Сталин стал олицетворением стремления к справедливости.

Черных:

- Да.

Делягин:

- Ничего более жестокого, чем стремление к справедливости, в природе не существует. Но это то, что абсолютно необходимо.

Черных:

- Потому и вспоминают сейчас.

Делягин:

- Насчет 37-го года. Пожалуйста, зарисовка из жизни. Полустанок в Северном Казахстане, целины еще не было. Просто полустанок в степи. До ближайшего населенного пункта километров триста, а то и больше. Восемь человек, которые делают текущий ремонт вагонов и паровозов, чтобы они доехали до депо в случае чего. Делать нечего, поэтому увсех детей от 10 до 16. Приходит телеграмма: среди вас есть один враг народа, выявить. Через две недели приедет уполномоченный, его сдать. Если нет, то значит все пойдете. Понятно. Собираются мужики. Бежать некуда – степь. Выбирают человека, у которого меньше всех детей было – три человека. Говорят, ну вот, что с нами будет – не знаем, но твоя семья будет жить так же, как наши семьи. Больше его никто не видел. Тоже 1937 год. Но при этом его дети выросли полноценными членами общества, получили образование, кто хотел. И их никто не преследовал никогда. Конечно, были ситуации, когда преследовали. И писать в анкете «отец – изменник родины», тоже было закрыть себе дорогу практически в любое образование – не только высшее, но и среднее.

Но при всем этом, когда мы смотрим на ничтожество нынешнего руководства, когда мы смотрим на его мерзость, когда мы смотрим на то, что сейчас вас не объявят изменником родины, вас объявят вором, вам подбросят наркотики. Причем не на уровне централизованного террора, а просто потому, что старлею захотелось. Вы – раб. Это ситуация, которой не было в Советском Союзе. Можно было искать справедливость, можно было пытаться искать справедливость. И иногда люди отбивали своих родственников, не обладая никакими связями. Просто проявляли энергию, с одной стороны. С другой стороны, им везло. А сейчас эта машинка по перемалыванию людей работает абсолютно тупо и беспощадно. Остановить ее нельзя. Тогда не отбирали детей у родителей на основании того, что родители бедны.

Черных:

- Тогда помогали.

Делягин:

- До этого изуверства даже сталинским палачам далеко. Сейчас это называется ювенальной юстицией. А она работает прямо сейчас. Законы еще не ввели, но она уже работает. И тогда было понятно – мы строим новое общество, мы строим лучший мир для наших детей. И это будет общий мир, в котором будет лучше всем. Есть ради чего терпеть. А сейчас ради чего терпеть? Ради очередной яхты Абрамовича? Ради очередного футбольного клуба какого-нибудь дагестанского олигарха? Ради очередной дачи какого-нибудь мелкого начальника? Непонятно. И на фоне ничтожества и мерзости нашего руководства фигура Сталина встает в исполинский рост и заслоняет собой всю оставшуюся нашу историю. И, когда у нас появится разумное руководство, да, Сталин уйдет в историю. Но не раньше. Я боюсь, что это новое руководство окажется в такой ситуации, что ему придется применять не только цивилизованные нормы поведения Сталина, но и то, за что мы сегодня его порицаем. Потому что другого выхода не будет, как этого выхода не было в двадцатые годы и в тридцатые годы.

Сегодняшняя десталинизация – это страх либералов перед ответственностью за совершенные ими преступления. И ничего больше. Они мстят Сталину за то, что Сталин был олицетворением справедливости. Может быть, жестокой, может быть, излишне жестокой. Но понятной. Они ненавидят Сталина не за то, что в нем было плохого, они ненавидят Сталина за то, что он служил России, а не за то, что он убивал людей. либералы больше всего ненавидят Сталина не за то, что в его даче под Москвой он посадил 60 тысяч деревьев в то время, когда был голод. Хотя десять лет эти деревья сажали в Кунцево. Они ненавидят его за то, что он лег в могилу в штопаных носках. Когда понадобилось что-то на него надеть, выяснилось, не обтрепанных кителей у него нету. Вот это является главным предметом лютой ненависти. Потому что они не понимают, как человек может жить не ради своего кармана, а ради общего блага. Именно поэтому Сталин – диктатор и мерзавец, а Гайдар – святой

Поэтому Сталин вернется. И дай бог, чтобы это было не исчадие гражданской войны, чтобы за ним лежало относительно мирное и относительно цивилизованное советское воспитание. Но Сталин вернется, потому что эти люди доведут страну до ситуации, когда иного способа спастись от катастрофы и уничтожения у нас просто физически не будет. Я говорю это без всякого удовольствия. Это будет ужасно. Но это будет значительно лучше, чем смерть. Когда вы смотрите на Чубайса, на многих наших других действующих руководителей, то становится совершенно ясно, что альтернатива не между плохим Сталиным и хорошим светлым будущим. Альтернатива между новым Сталиным и смертью. Другой альтернативы либеральный клан нам не оставляет. Четверть века национального предательства, которое продолжается и по сей день, платить за него придется тяжело. 

Владимир Квачков -- ЭТО НАШИ ВРАГИ! www.youtube.com В герое России В.В.Квачкове сошлось достаточно много такого, что от писателя уже и не потребуется ху...

Впереди финальная «схватка бульдогов под ковром»

Михаил Кругов

В части перспектив страны у меня обычно сбываются только негативные прогнозы. Так в 2000 году в первом после выборов президента номере «Новой газеты» на первой полосе была напечатана моя статья под заголовком «Царь сдал страну. Охране». В ней я писал, что к власти в стране окончательно пришли силовики. Они заменят собой традиционную криминальную оргпреступность и займутся переделом собственности.
О традиционной криминальной оргпреступности с тех пор ничего не слышно. Что однако не означает, что оргпреступности у нас нет. Просто она у нас теперь другая – состоит исключительно из силовиков. Дело подмосковных прокуроров наглядно иллюстрирует эту ситуацию. Самое пикантное при этом состоит в том, что традиционный криминал в итоге был вытеснен в легальный бизнес. Нет и большинства членов приснопамятной семибанкирщины. Да и многие олигархи пониже рангом обитают теперь в Лондоне или Париже. А их активами управляют совсем другие люди.
При переделе собственности использовалось в основном ноу-хау Березовского – получать не право собственности на активы, а рычаги управления ими. Соответственно, доход получать не от владения, а от управления. В результате передел происходил в основном без «шума и пыли». Кроме, разве, случая с ЮКОСОМ. Но это была целенаправленно публичная акция – воспитательная. Демонстрирующая перспективы тех, кто вздумает сопротивляться.
За все эти годы силовики так и не смогли создать единую команду – постоянные свары между Следственным комитетом и Генпрокуратурой, равно и другие конфликты демонстрируют устойчивое отсутствие «мира под оливами». Поэтому военный, полицейский, прокурорский кланы остались самостоятельными игроками на властном олимпе, но при этом никаких существенных кусков собственности в свое распоряжение не получили – живут на подножном корму.
Другое дело чекисты. Они пошли другим путем – вступили в союз с питерскими бюрократами, в результате которого сформировался клан, который обычно называют «питерскими». И это клан кроме «первого номера» у руля власти получил в свое управление очень даже существенный кусок экономики – ГАЗПРОМ, РЖД, Роснефть, Транснефть, Сбербанк, Росвооружение и другие менее масштабные активы.
Ну и отставные силовики заполонили все этажи власти – по некоторым оценкам их доля среди чиновников всех рангов достигает 75%. Так что если сегодня силовики в лице «питерских» пока контролируют меньшую часть экономики, то госуправление взято ими под контроль полностью.
В итоге властный олимп сегодня состоит из нескольких существенно разных по экономической мощи и силовым возможностям кланов. Самый мощный и сильный, разумеется, «питерский». Вторым по экономической мощи является «семейный» клан (Абрамович, Дерипаска и некоторые менее известные фигуры). Дальше следуют другие олигархические группы – Альфа, Интеррос и пр. Олигархические кланы при этом не имеют силового влияния – только финансовое. В свою очередь чисто силовые кланы не имеют экономического влияния и играют на олимпе роль «сервисных служб».
К чему я описываю новейшую историю и властный расклад? Дело в том, что в моем представлении наступает второй этап чекистской революции, в котором питерские должны схарчить олигархов. Немного перефразируя известное выражение можно сказать, что «революция должна доесть своих детей». Потому что скоро стране будет не по средствам содержать все имеющиеся на сегодня кланы.
Дело в том, что мировой экономический кризис идет уже четвертый год. То есть, подтверждается его соответствие Великой депрессии. А потому впереди еще отнюдь не один «тощий год». При этом если политики твердят о том, что кризис «вот-вот закончится», то оценки его дальнейшего течения экономистами располагаются в диапазоне от мрачных до апокалиптических. Так что средневзвешенной можно считать катастрофическую. Если при этом еще и вспомнить, что мировую экономику из Великой депрессии вытащила только Вторая Мировая война, а сегодня ничего подобного случиться вроде бы не может, получается, что «тощих лет» может быть не просто много, а очень много. И, к слову, двадцати триллионная программа перевооружения вполне может объясняться как раз боязнью власти, что дело опять может дойти до мировой войны.
В любых сценариях оживление экономики невозможно при нынешних ценах на сырье. Только их обрушение позволит высвободить деньги покупателей для покупки дополнительных конечных товаров. И в результате оживить спрос. Это хотя и не покончит с кризисом, тем не менее, несколько снизит его жесткость. Но причины глобального кризиса всегда слишком глубоки и фундаментальны, соответственно, требуют кардинальной перестройки всего экономического механизма. А это работа на многие годы и она еще даже не начиналась. Хотя экономисты в один голос говорят, что нынешнюю экономическую модель капитализма нужно менять или, как минимум, кардинально модернизировать. То есть, дело точно долгое.
Так что если сырьевые цены пока не обрушены, то только потому, что власти развитых стран еще не согласовали свои действия. Во-первых, не принята общая для всех модель выхода из кризиса. Это же будет сложный и многолетний процесс, в котором согласованные действия играют ключевую роль. Во-вторых, не закончен торг, кто и сколько должен потерять в процессе выхода из кризиса.
Это значит, что обрушение сырьевых цен неизбежно, причем в достаточно близкой перспективе. Соответственно, для России «тучные годы» обязательно закончатся. И очень даже плачевно – доходов государства станет катастрофически не хватать. Разного рода заначек тоже надолго не хватит. По некоторым оценкам падение уровня жизни будет сопоставимо с началом 90-х годов. Это чревато социальным взрывом такой силы, который сметет нынешнюю власть до основания. В этой ситуации для власти единственный вариант спасения – раскулачивание олигархов. Чтобы все их доходы можно было использовать для поддержки социальной устойчивости и бюджета. И других источников ресурсов для спасения власти не найти.
Думаю, что это было осознано властью еще в 2010 году. То есть, когда стало окончательно ясно, что кризис надолго и впереди только «тощие годы». Не случайно Кудрин категорически был против двадцати триллионных расходов на перевооружение армии. И не случайно стали ускоренно продвигаться реформы социальной сферы – здравоохранения, образования, пенсионная. Они же должны в первую очередь превентивно снизить расходы на них. Эту же цель преследует начавшаяся кампания борьбы с коррупцией – нынешняя вакханалия разворовывания государственных средств уже становится для власти непозволительной роскошью.
Точно так же тогда стало понятно, что единственный реально доступный в ближайшем будущем ресурс – это доходы олигархов. И вообще сверхдоходы 2% самых богатых россиян. Эти доходы настолько велики, что наряду с другими мерами экономии позволят очень даже существенно облегчить ситуацию с бюджетом. Как следствие, существенно снизят опасность социального взрыва или хотя бы степень его разрушительности. Что вполне позволит нынешней власти удержаться на плаву, пусть и в сильно потрепанном виде и без многих нынешних ее членов.
Такое положение вещей стало понятно не только власти, но и олигархам. Последние прекрасно поняли, кого власть принесет в жертву. И начали дергаться. Интеррос командировал в политику Прохорова. В толпе оппозиционеров замелькали люди из Альфы. Наконец, аналитики утверждают, что основным спонсором и организатором недавних массовых акций были «семейные». Ну и кто-то просто начал «смазывать лыжи». Так из публичного пространства куда-то исчезли лица, до того регулярно в нем светящиеся. При этом «на галеры» вернулся Путин – единственный человек во всей власти, который, как бы к нему ни относиться, имеет достаточную поддержку в обществе, чтобы оно «правильно» восприняло его фигуру во главе антиолигархического похода. А сама власть объединилась бы вокруг него в этой войне – всеми кланами и на всех этажах.
Кроме того, что имеются достаточно важных причин, по которым раскулачивание олигархов выглядит неизбежным, существуют еще и пять ключевых момента, которые гарантируют этой операции успех. Соответственно, делает данный прогноз абсолютно реальным.
Первый – правовая легкость процедуры раскулачивания. Ведь до сих пор итоги приватизации должным образом не легитимированы. И сегодня для решения юридической составляющей задачи достаточно ввести в Уголовный Кодекс малюсенькую поправку, всего семь слов: срок давности не распространяется на приватизационные сделки. А дальше дело техники. Среди организаторов приватизации найти пару человек, которые согласятся «раскаяться» и подтвердят, что залоговые аукционы были мошенническими, а чековая приватизация была, как минимум, недобросовестной. Соответственно, их результаты скопом отменяются – все полученные на них активы автоматически возвращаются государству. Власть назначает новых управляющих и спектакль заканчивается. Так что даже не придется устраивать многомесячных судов вроде юкосовского. По сути, это будет антиолигархический блицкриг. Ну а добросовестным приобретателям, которые позднее перекупили приватизированные активы, можно будет «по справедливости» выделить какую-то не слишком существенную долю в национализированных таким способом предприятиях.
Суть второго состоит в том, что в массовом сознании приватизация по-прежнему остается не просто несправедливой, а именно жульнической. И власть, отменив ее итоги, автоматически станет в глазах общества неизмеримо более приличной. Особенно если к тому времени посадит сотню-другую проворовавшихся чиновников. Так что устойчивость нынешней власти кардинально усилится. Тем более, что альтернативы ей в оппозиции вообще не просматривается. И власти будет неизмеримо легче управлять российским обществом, которое сильно обнищает в результате падения экспортных доходов.
Суть третьего момента состоит в том, что наши олигархи – отнюдь не гиганты экономической мысли или чудо-предприниматели. В большинстве своем они умеют эффективно управлять бизнесом только в союзе с чиновниками или под властным покровительством – получая преференции или монопольные условия. А потому их всех без исключения могут прекрасно заменить профессиональные менеджеры. Благо за двадцать лет их выросло достаточное для осуществления рокировки любого масштаба поголовье. Они будут управлять отобранными у олигархов активами за пусть и большие, но зарплаты. Так что не смогут финансировать иностранные футбольные клубы или покупать самые дорогие в мире яхты.
Суть четвертого момента состоит в том, что антиолигархический поход будут фактически означать перевод российской экономики на белорусскую модель. То есть, с огромным и жестко управляемым государственным сектором. И опыт Лукашенко показывает, что в условиях «тощих лет» белорусская модель как раз и позволяет власти крепко держаться в седле. Что нашей власти в конечном счете и нужно. Мало того, при отсутствии собственных нефти, газа, металлургии уровень жизни в Беларуси сопоставим с российским. А по качеству жизни Мировой банк ставит Беларусь даже выше России. И поставки нефти и газа по льготным ценам отнюдь не основа этого постсоветского чуда. Немаловажно и то, что власть избавится от «классово чуждых» ей олигархов и кардинально повысит управляемость ресурсами страны. Все это даст больше шансов с меньшими потерями справляться с кризисными явлениями. Так что весомых аргументов для перехода к белорусской модели через раскулачивание олигархов очень даже много.
Наконец, пятый момент состоит в том, что два года усилий олигархического сообщества по созданию серьезной политической оппозиции дали мизерные плоды. Да, было многолюдно, иногда эффектно, всегда шумно. Но никакой реальной оппозиционной силы создать не удалось. Еще хуже, что не были сформулированы новые идеи, которые можно было бы предложить обществу в демонстрацию того, как именно оппозиция планирует изменить политическую систему и социальную организацию общества. Лидеры оппозиции талдычили только сомнительной свежести лозунги и предлагали себя любимых в качестве политических чудотворцев. В итоге нет и идейной базы, на которой можно было бы с новыми кадрами быстро повторить попытку создания серьезной политической силы. Могу напомнить, что тот же Гитлер с помощью «свежих» идей смог всего за пять лет прийти к власти. А с сегодняшними информационными технологиями такого же результата можно добиться вообще за пару лет. Но олигархи лишь продемонстрировали свою неспособность к организации реального политического сопротивления режиму.
Может быть, когда Медведев в Давосе говорил, что существует четвертый сценарий нашего экономического развития, причем позитивный, он имел в виду как раз описанный мной?
Лично я другого позитивного для власти сценария не вижу. Позитивный ли он с точки зрения общества? Если в итоге уровень коррупции у нас понизится до уровня белорусского, тогда, возможно, да. В условиях кризиса такая модель экономики более устойчивая. Если при этом будет организовано достаточно эффективное управление, что в принципе возможно, тогда тоже да. Другое дело, что в оба «если», причем вместе, как-то не очень верится.

Однако новое - это хорошо забытое старое. Старая казачья Идея вольного человека на новый лад несомненно найдёт себе миллионы приверженцев и не только в России. Казачья Идея вольности - это глобальная Идея, а не местечковый "казачий сепаратизм". В глобальном мире будут востребованы только глобальные Идеи охватывающие всю планету.
казак Гудвин

Казаки властям жопу не лизали. А ентот засланный "казачок" лижет и ещё похрюкивает сказал казак Гудвин

Казаки властям жопу не лизали. А ентот засланный "казачок" лижет и ещё похрюкивает сказал казак Гудвин

Председатель казачьей партии КаПРФ: «Мы вступим в «Народный фронт»

СЕРГЕЙ БОНДАРЕВ — О ПОДДЕРЖКЕ ВЛАСТЕЙ И НАМЕРЕНИИ ПЕРЕМАНИТЬ ИЗБИРАТЕЛЕЙ У КОММУНИСТОВ И «ЭСЕРОВ»

Вот жешь рожа разанская...

Фото: ИТАР-ТАСС/ Пресс-служба правительства Ростовской области

В выходные в Московском доме национальностей состоялся первый политический совет «Казачьей партии Российской Федерации» (КаПРФ). Несмотря на то что ранее заявки в Минюст подали семь партий, в названии которых упоминаются казаки, на сегодняшний день зарегистрирована только КаПРФ, располагающая, как сообщали ранее «Известия», административным ресурсом. Председатель КаПРФ, экс-единоросс и вице-губернатор Ростовской области Сергей Бондарев рассказал о поддержке политической линии «Единой Россией», перебежчиках из КПРФ и «Справедливой России», а также представил девиз партии. 

— Сколько сегодня в России казаков?

— По нашим данным, количество людей в нашей стране, считающих себя казаками - вместе с семьями и сочувствующими, составляет около 7 миллионов человек. Это – значительная сила. И больше 50% из всех казаков не участвуют ни в общественной, ни в политической жизни, не состоя ни в каких организациях. Мы хотим работать с этими людьми, близкими нам по духу. 

— Ваша партия называется КаПРФ, почти как КПРФ. Вы рассчитываете на перебежчиков из других партий?

— Да, и мне это льстит. У нас довольно много заявок на вступление от членов «Справедливой России» и КПРФ. Они разочаровались в этих партиях и нашли близкую им по духу партию.  

— И потенциальный электорат КаПРФ — это избиратели КПРФ и «Справедливой России»?

— Не могу сказать, что оттуда все побегут, но то, что у нас там много сторонников, — это факт.

— Не боитесь обвинений в спойлерстве из-за схожести аббревиатур?

— Это – не совпадение и не случайность. Мы считаем представителей коммунистической партии своими идеологическими оппонентами. После прихода их к власти казачье население страны подверглось массовым репрессиям и геноциду. Коммунисты даже не скрывали политики поголовного истребления казачества – понимали, что казаки никогда не смогут смириться с их диктатурой. А мы не можем забыть участь наших дедов и отцов - более 4 миллионов казаков пострадало от рук коммунистов. 

И вторая причина - казаков возмущает, что коммунисты присвоили себе название «Российская Федерация», больше ни у какой политической силы его в наименовании нет.

Что же касается конкретного названия – в  бюллетене всегда пишется название партии и в скобках уже аббревиатура. У нас все-таки XXI век на улице и люди грамотные все поймут. А казаки появились задолго до коммунистической партии.

— Вы разделяете политику нынешних властей?

— Да у нас любой член партии только за повышение пенсий и повышение социальных условий. Разве мы не видим, что дороги и ЖКХ не в лучшем состоянии? Видим. Но сколько сделано в стране, начиная от материнского капитала и заканчивая квартирами для ветеранов. А сколько сделано на федеральном уровне для здравоохранения!

— Вступите в «Общероссийский народный фронт»?

— По моему убеждению, однозначно вступим. Но сегодня говорить об этом пока рано - никакого обсуждения и тем более решения по этому вопросу не было. Когда настоящая работа пойдет и появится свежие силы, тогда и решим. Мы только в ноябре провели учредительный съезд, и уже в январе Минюст нас зарегистрировал. Мы серьезно к этому подошли.

— А с «Единой Россией» на выборах будете конкурировать или блокируетесь?

— У нас кардинальных разногласий с "Единой Россией" нет, но пока не могу говорить ни о каком блокировании. Если завтра будет какое-то направление, по которому у нас будет другое мнение, мы в глаза скажем, что с ним не согласны. Мы будем отстаивать свою точку зрения и бороться за нее.

— По политической и экономической программам есть свои ноу-хау?

— Записывайте наш слоган: «От безопасности каждого — к безопасности России!». Общий лейтмотив нашей программы — безопасность каждого человека как базовая ценность. Это довольно обширное понятие. Могут быть и безопасность семьи, общества, страны, экономическая и военная безопасность. 

— Сейчас есть семь незарегистрированных партий казаков. Чем ваша партия от них отличается?

— Я с ними не знаком, но такое количество партий может показать, что есть нужда в казачестве на партийной арене. Мы хотим объединить людей, всё равно, в какой они организации. Мы хотим иметь возможность участвовать в политической и экономической жизни страны, защищать границы и улицы. 

— Председатель президентского Совета по казачеству, полпред в ЦФО Александр Беглов и член совета, депутат-казак Виктор Водолацкий помогают вам?

— Мы будем сотрудничать с Советом по казачеству, это факт. Сама жизнь доказала, что это очень действенная структура, с которой мы будем взаимодействовать. Если меня пригласят на совет, я обязательно озвучу там свое мнение, напрямую доведу его до президента.